Правоотношения в сфере гражданского права

1. Согласно п. 2 ст. 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» размер доли участника общества в уставном капитале общества определяется в процентах или в виде дроби и должен соответствовать соотношению номинальной стоимости его доли и уставного капитала общества. Действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

П. 2 ст. 26 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что в случае выхода участника из общества его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе из общества. При этом общество обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого подано заявление о выходе.

При таких условиях после выхода участника из общества он перестает быть участником этого общества, в связи с чем размер доли бывшего участника, используемый в расчете подлежащей выплате действительной стоимости доли, не может быть изменен с учетом изменившегося после его выхода уставного капитала, влияющего на размеры долей оставшихся и вновь принятых участников (Постановление Президиума ВАС РФ от 15.05.2001 № 2825/00).

2. В силу п. 1 ст. 168 НК РФ обязанность по предъявлению дополнительно к цене реализуемого товара соответствующей суммы НДС возложена исключительно на плательщика данного налога.

В соответствии со ст. 143 НК РФ к числу налогоплательщиков НДС отнесены организации, под которыми согласно п. 2 ст. 11 НК РФ понимаются юридические лица, созданные в соответствии с законодательством РФ.

РФ, так же, как и субъекты РФ, не являются организациями в смысле, придаваемом этому понятию в ст. 11 НК РФ. Следовательно, их нельзя отнести к плательщикам НДС.

При заключении договора купли-продажи земельного участка, находящегося в федеральной собственности, Российский фонд федерального имущества (далее – РФФИ) действовал не как самостоятельное юридическое лицо, а в как орган, уполномоченный осуществлять права собственника от имени РФ (ст. 125, п. 3 ст. 214 ГК РФ).

Таким образом, поскольку продавцом земельного участка выступала РФ в лице РФФИ, то, осуществляя права собственника, РФФИ не вправе был увеличивать цену продаваемого земельного участка на сумму НДС. Договор купли-продажи в этой части является ничтожным.

В соответствии с п. 1 ст. 38 и п. 1 ст. 39 НК РФ объектом налогообложения НДС являются операции по реализации товаров (работ, услуг) только организациями и индивидуальными предпринимателями. Поскольку в рассматриваемой ситуации продавцом товара (земельного участка) выступала РФ, а не организация или ИП, данное обстоятельство позволяет говорить об отсутствии объекта налогообложения НДС.

Поскольку спорная сумма (сумма НДС), уплаченная предприятием в составе стоимости выкупаемых земельных участков, фактически не является налогом, она подлежит возврату в порядке, установленном ст. 36 ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества», согласно которой возврат денежных средств по недействительным сделкам купли-продажи государственного или муниципального имущества осуществляется на основании вступившего в законную силу решения суда за счет денежных средств, поступивших по другим сделкам приватизации. Нормы действующего налогового законодательства в данном случае применению не подлежат (Постановление Президиума ВАС РФ от 02.11.2004 № 5607/04, Постановление ФАС УО от 12.04.2004 № Ф09-1354/04-АК , от 09.11.2004 № Ф09-3673/04-ГК).

3. В силу ст. 310 ГК РФ изменение условий договора (в том числе условия договора поставки о цене товара) в одностороннем порядке допускается, если это прямо предусмотрено законом или договором. В данном случае оснований для этого не было, поэтому вывод суда об отказе в удовлетворении исковых требований поставщика о взыскании с покупателя недоплат за поставленный товар является правомерным.

Судом правомерно отказано в удовлетворении встречного иска покупателя в части взыскания с поставщика убытков в виде упущенной выгоды. В соответствии со ст. 15 ГК РФ под упущенной выгодой понимаются доходы, которые кредитор мог получить при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. При этом размер упущенной выгоды должен быть доказан взыскателем.

Имеющиеся в деле материалы не позволяют признать взыскиваемую сумму доказанной. Из представленного истцом расчета не видно, какие доходы получал истец от реализации товара, поставляемого ответчиком. Расчет не содержит данных о затратах на реализацию (Постановление ФАС УО от 25.10.1996 № Ф09-743/96-ГК).

4. Предъявляя в арбитражный суд иск о взыскании убытков по договору поставки нефтепродуктов, истец обосновывал свое требование ссылкой на договор цессии (уступки права требования), заключенный между истцом и первоначальным кредитором.

Установив, что к моменту заключения договора уступки ответчик в полном объеме исполнил свое обязательство по поставке нефтепродуктов, что нефтепродукты были оплачены первоначальным кредитором в полном объеме, суд правомерно отказал истцу в удовлетворении исковых требований. В соответствии со ст. 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство. Следовательно, переданное по договору об уступке право требования ничтожно (Постановление ФАС УО от 15.09.2000 № Ф09-1307/2000-ГК).

5. Вынесенное судом решение о признании недействительным решения совета директоров в части назначения гражданина на должность генерального директора не влечет недействительность доверенностей, выданных этим гражданином в период фактического выполнения функций генерального директора общества.

Вследствие этого судом правомерно удовлетворены исковые требования о взыскании с общества задолженности по простым векселям, подписанным от имени общества представителем по доверенности, выданной гражданином, решение совета директоров о назначении которого на должность генерального директора признано судом недействительным. При этом суд подробным образом исследовал все доказательства фактического исполнения этим гражданином функций генерального директора в период выдачи указанной доверенности (Постановление ФАС УО от 13.09.2001 № Ф09-1577/01-ГК).

6. Судом правомерно отказано в удовлетворении исковых требований общества о взыскании с товарищества убытков, вызванных ненадлежащим исполнением договора поручения. В процессе рассмотрения дела было установлено, что договор поручения заключен обществом с фирмой, являющейся филиалом товарищества, при отсутствии у лица, совершившего сделку, доверенности на право заключения договора от имени товарищества. Поскольку указанная сделка (договор поручения) не была одобрена товариществом, она не влечет для него каких-либо юридических последствий (ст. 183 ГК РФ).

Судом сделан правомерный вывод об истечении срока исковой давности, так как ссылка истца на акт сверки как на основание для перерыва течения срока давности не обоснована, поскольку акт сверки подписан не уполномоченным лицом (Постановление ФАС УО от 04.04.2002 № Ф09-574/02-ГК).

7. Суд удовлетворил заявление предприятия о взыскании с должника суммы долга по договору поставки, а также процентов за пользование чужими денежными средствами. При этом суд руководствовался следующими доказательствами, представленными предприятием: договором поставки, актами сверок задолженности, накладной, доверенностью на получение ТМЦ, счетом-фактурой и т.п. (Постановление ФАС УО от 26.06.2002 № Ф09-1395/02-ГК).

8. Факт нецелевого использования предприятием бюджетных средств органом федерального казначейства не доказан в виду отсутствия в его действиях признаков нецелевого использования, перечисленных в п. 2 Инструкции о порядке применения органами федерального казначейства мер принуждения к нарушителям бюджетного законодательства РФ

Поскольку постановление органа федерального казначейства вынесено по истечении давностного срока, предусмотренного ст. 38 КоАП РСФСР, указанное постановление в части наложения на предприятие штрафа является незаконным (Постановление ФАС ВСО от 10.01.2003 № А33-3159/02-СЗа-Ф02-3940/02-С1)

9. Между обществом и Областным государственным учреждением «Управление автомобильных дорог» (ОГУ) заключены соглашения, по условиям которых общество обеспечивает содержание и ремонт находящихся у него на балансе автомобильных дорог с целью обеспечения устойчивой автотранспортной связи, а ОГУ финансирует указанные работы. При этом финансирование производится в пределах фактически произведенных затрат, рассчитанных на основании установленных нормативов содержания и утвержденной проектно-сметной документации, но не более сумм, уплаченных обществом в территориальный дорожный фонд.

Удовлетворяя исковые требования общества о взыскании с ОГУ разницы между стоимостью выполненных и оплаченных работ, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что указанные соглашения фактически являются договорами на выполнение подрядных работ (ст. 431 ГК РФ). В связи с этим на них распространяются нормы гл. 37 ГК РФ, в соответствии с которыми сдача подрядчиком и принятие заказчиком результата выполненных работ является основанием для возникновения у заказчика обязательств по оплате выполненных работ.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что данные соглашения по существу регулируют порядок расчетов по налогам и предоставлению налоговой льготы, неправомерен, поскольку правоотношения сторон по установлению, введению и взиманию налогов и сборов носят властный характер, регулируются нормами налогового законодательства и не могут устанавливаться соглашением сторон. Кроме того, налоговые льготы предоставляются только налоговым законодательством для отдельных категорий налогоплательщиков и не могут носить индивидуальный характер (ст. 56 НК РФ) (Постановление ФАС УО от 30.09.2003 № Ф09-2788/03-ГК).

10. При определении размера убытков от предоставления в 2000 году льгот по оплате проезда на городском электротранспорте (трамвае) перевозчик разумно определил их расчетным путем на основании Инструкции Госкомстата РФ № 222 от 21.10.1994 г.

Несмотря на то, что данная Инструкция издана для статистических целей и касается непосредственно лишь городского автомобильного пассажирского транспорта, при отсутствии иной методики указанная Инструкция позволяет максимально приближенно определить количество пассажиров и минимальное количество поездок граждан, имеющих право на льготы и пользующихся как автомобильным городским пассажирским транспортом, так и электротранспортом.

Позиция государственного органа, согласно которой в состав убытков от предоставления льгот по оплате проезда необходимо включать лишь подтвержденные документами первичного бухгалтерского учета прямые затраты перевозчика на перевозку пассажиров, имеющих право на льготу, не соответствует действующему законодательству.

По смыслу норм, закрепленных в п. 5 ст. 790 ГК РФ и в подпункте «в» п. 2 ч. 1 ст. 10 ФЗ «О ветеранах», компенсации подлежат расходы по оплате проезда, а не затраты перевозчика, включаемые в себестоимость. Другими словами, перевозчику должна быть компенсирована полная стоимость оплаты проезда, не полученная хозяйствующим субъектом, предоставляющим льготы отдельным категориям граждан. Иное толкование названных норм означало бы возложение на хозяйствующих субъектов бремени исполнения федерального закона и противоречило бы принципу равенства прав хозяйствующих субъектов-участников гражданского оборота (ч.1 ст.10 ГК РФ) (Постановление ФАС УО от 22.06.2004 № Ф09-1796/04-ГК).